— Вы видели первый фильм «Побег гангстера»? ("The Getaway", "Побег")

— Да, и он мне понравился, понравилось то, что Стив Макквин и Али Макгроу были парой не только на экране, но и в жизни. Это так романтично.

— Поэтому Вы согласились сыграть в повторном «Побеге гангстера»?

— Это был очень важный фильм как для Алека, так и для меня. Я давно знала, что Алек очень хотел, чтобы появилась его повторная версия. Но когда он предложил мне сняться в нем, я засомневалась. Прежде всего потому, что я прекрасно знаю, что говорят о повторных версиях: что им никогда не сравниться с оригиналом. Критики обожают, как только возникает такая возможность, находить везде слабые места. Но в случае нашего фильма все было по-другому. Наш «Побег гангстера» очень отличался от оригинала. Это абсолютно новый фильм. Главным в фильме Сэма Пекинпа двадцатилетней давности было насилие. У той картины были свои поклонники и прежде всего потому, что это был фильм Стива Макквина, а Али Макгроу была в нем только фоном. Поэтому, когда Алек сказал, что он видит только меня в роли Кэрол, потому что это физически и эмоционально исчерпывающая роль, я ответила ему: «Дорогой, я не могу играть с тобой в этом фильме, потому что для меня там нет роли». И тогда мы взялись за книгу Джима Томсона и открыли, что в ней много страниц посвящено супружеским отношениям главных героев и еще больше — Кэрол. Мы развили эти линии. А я действительно была поражена тем, что повесть и картина Пекинпа так сильно отличаются. Пекинпа говорил о влиянии насилия на человеческое поведение, а наша версия рассказывает о доверии и партнерстве. Мы выстраивали роль Кэрол по образцу героинь 40-х годов: шутливых, чувственных и равных партнерш мужчин.

— В вашем голосе слышится ностальгия по старому Голливуду?

— Я люблю кинематограф 40-х годов.

— А как сложилось сотрудничество с мужем во время съемок «Побега»? Чувствовали ли Вы себя уверенной, когда снимались любовные сцены?

— Для актрисы любовные сцены — это всегда кошмар. И наверняка присутствие любимого мужчины облегчает дело, хотя и не до конца. Съемки таких сцен совершенно лишены романтизма, потому что все время мы шепчем себе: «Нет, так нельзя, осторожно, не в микрофон, успокойся». Совсем так, как у героя фильма Вуди Аллена. Постельные сцены с мужем были более забавными, но и более трудными, а мы хотели, чтобы на экране все было как лучше. И в действительности там были не мы, а наши герои.

— Значит ли это, что как актеры вы перед камерой все делали по-другому, чем это происходит между вами как между мужем и женой?

— Да. По крайней мере я надеюсь, что это так.

— Вы сами выполняли все сцены или у Вас была дублерша? Я имею в виду сцены в автомобиле?

— Моя дублерша Трейси научила меня, как вести себя во время таких сцен. Конечно, было бы глупостью дать себя убить во время съемок. Но многие из таких сцен были сняты с моим участием по вполне прозаической причине: камера в автомобиле была так установлена, что снимала только мое лицо. О дублерше не могло быть и речи.

— Будете ли Вы сниматься и дальше, после того, как проиграли процесс по делу фильма «Елена в ящике»? Не обращая внимания на уровень сценария, только из-за денег? Уже поговаривают об этом...

— Нет! К счастью, я могу себе позволить сниматься только тогда, когда мне этого захочется. И никогда не соглашусь сниматься только из-за денег. И не собираюсь. Я всегда могу заниматься только своей фермой. И не собираюсь сниматься чаще, чем до сих пор, если только мне не предложат стоящие роли. И в том случае, если я не забеременею, потому что тогда я устрою себе длительный перерыв.

— Вы с Алеком планируете завести ребенка?

— Да. Мы хотим, чтобы у нас было много детей.

— Каковы Ваши ближайшие планы?

— Ничего определенного. Я снялась в небольшой роли в фильме «Мир Вейна - 2» и в рекламирующем его теледиске. Впрочем, эта небольшая роль в теледиске была для меня самой трудной за всю мою актерскую карьеру. Я играла труп. Закрытые глаза, полная неподвижность. Это был просто настоящий кошмар, но я осталась довольна. Мне даже нравилось смотреть на свое отражение в зеркале, когда я была загримирована под труп.

— Вы в прекрасной форме. Как Вам удается сохранять такую изящную фигуру?

— Когда мне было 15 лет, я уже занималась балетом. Затем я занималась современными танцами. И до сих пор я обожаю танцевать. Кроме того я люблю спорт: я занимаюсь бегом, плаванием, женской культуристикой, аэробикой. А жизнь заставляет меня постоянно быть в движении.

— А диета?

— Я вегетарианка. Никакого мяса, никакой рыбы. Алек тоже не ест мяса. Впрочем я и так не умею готовить.

— Вы помните свою первую встречу с Алеком? Какое впечатление он тогда произвел на Вас?

— Он вообще не произвел никакого впечатления. Я встретила Алека во время съемок фильма «Моя мачеха — инопланетянка». Он пришел со своей приятельницей, которой сказал, что хочет познакомиться со мной. Но он выбрал не очень хороший момент. Поскольку я никогда не завтракаю, то до ланча у меня всегда плохое настроение, и тогда лучше не попадаться мне на пути. А он подошел ко мне, когда я заказывала ланч. Потом он сказал своей приятельнице, что я — самая невоспитанная и самая невежливая женщина в мире.

— Я знал о ней много еще до того, как познакомился с ней. Дважды по телефону я безрезультатно предлагал ей вместе сниматься. Затем однажды я увидел ее на телеэкране, когда она ассистировала Спику Ли во время присуждения Оскаров. И именно тогда я подумал: «Что за женщина!» И когда, наконец, я должен был сниматься с ней в фильме «Привычка жениться», я много думал о ней, о которой так много и по-разному говорили. Но я только восхищался ее чуткостью и спонтанностью.

— Что Вы думаете о Голливуде?

— Чтобы удержаться там на поверхности, надо, чтобы тебе повезло. Голливуд просто кишит талантливыми людьми, которых никто не хочет, потому что в действительности никому нет дела до талантов. Охотнее всего там работают с теми, кто не доставляет никаких хлопот. Талантом восхищаются, но оказывается, что это не самое главное. Берется в расчет только касса. Конечно, нужно бороться, но ни один фильм, даже самый лучший и самый кассовый, не стоит потраченных на него нервов и здоровья. Я знаю это по своему опыту Просто, если хочешь добиться успеха, следует забыть об амбициях и выбирать только те фильмы, у которых есть шансы на успех. За каждую роль надо бороться, даже если ты — звезда. Очень сильно соперничество. Например, фильм «Филадельфия». Я снимался у Джонатана Демма в картине «Замужем за мафией» и фильме «Майами блюз», где он был продюсером, узнав о «Филадельфии», я пошел к нему в его нью-йоркский офис и на коленях умолял его дать мне роль в этом фильме. Я говорил: «Мне нужна эта роль, я должен сняться в «Филадельфии», а он ответил мне, что подумает, а пригласил Тома Хенкса. То же самое было и с картиной «Парни из теплой компании». Я просил Мартина Скоцезе дать мне роль еще до фильма «Охота за Красным Октябрем». Я был просто в отчаянии. И если бы тогда Скорцезе сказал мне: «Получишь эту роль, если выпрыгнешь в окно!» (а это был 30-й этаж), то я бы, не колеблясь ни минуты, прыгнул.

— А что случилось с ролью в фильме «Игры патриотов»?

— Мне нужно было выбирать между театром и этой картиной. Я выбрал театр

— А после просмотра этого фильма Вы не пожалели о своем решении?

— Я никогда не видел его.

— Вы планируете сняться вместе с Ким?

— Да, но мы еще не знаем, когда.

— Вы хотели бы стать отцом?